Сатира мне тоже нравится, иногда балуюсь этой тематикой) Рассказ основан на реальном случае, о котором мне поведал знакомый.
Васька Симаков или попросту Синяк проснулся утром у себя дома в отвратительном состоянии: голова жутко болела, руки тряслись мелкой дрожью и были другие симптомы того состояния, которое знающие люди определяют как похмелье. Накануне у него была компания, все что-то отмечали, а выпив, шумно пели песни, но какой был повод, он не вспомнил. Кряхтя, он медленно поднялся с дивана, на котором спал и подошёл к столу в надежде найти остатки выпивки. Тщательно проверив всю посуду, он обнаружил лишь жалкие капли водки. "Сволочи", пробормотал он глухо. Проверив карманы своей одежды, он убедился, что и денег у него тоже не осталось. Настроение окончательно испортилось. Сидя на диване и держась за голову руками, он мучительно размышлял, где взять денег или хоть немного выпить. С усилием одевшись, он вышел на улицу и нетвёрдыми шагами направился куда глаза глядят.
Ему всё же повезло. Пройдя лишь пару переулков от своего дома, он столкнулся лицом к лицу с Васькой-Шайбой, который шёл ему навстречу, весело насвистывая. Шайбой его звали за то, что он быстро шнырял по посёлку и многое видел, знал и вообще был пройдохой.
- О, Синякович! - Васька развязно его поприветствовал. - Чё смурной такой, а? Небось башка бо-бо и настроение бяка? Он улыбался во весь рот. - А хочешь, денежку тебе дам на похмелочку, а? У меня есть. Гляди! - Он достал из внутреннего кармана пиджака небольшую пачку денег и раскрыл её веером. От зависти у Синяка зарябило в глазах и ему стало казаться, что денег было намного больше. Продолжая свою издёвку, Шайба пританцовывал и предложил страдающему Синяку присоединиться: - А ну-ка, пляшем! Ат-та-там-тарарам!
В другое бы время Синяк высказал бы ему всё, что думал, а то и съездил бы по его наглой физиономии, но сейчас Васька лишь судорожно сглотнул слюну и заискивающе произнёс:
- Вась, отстегни на пузырь! Я ведь отдам, ты меня знаешь.
- На уж, страдалец, - Шайба медленно, по одной купюре выдал тому деньги и напоследок сказал: - Ты пей-то глоточками маленькими, как доктор советует. - Хихикая, он последовал своей дорогой.
Васька, не раздумывая больше, поспешил к известной в их посёлке самогонщице, Таньке. Ту звали Карамелькой за то, что она якобы гнала самогон то ли из просроченной, то ли некондиционной карамели. которую ей привозил из города племянник.
Карамелька была дома и в обмен на деньги тут же налила в бутылку заветную жидкость. Санька повеселел и быстрым шагом направился было к себе домой. Направиться он не успел. Едва выйдя из танькиной калитки, он буквально в лоб столкнулся со своим собутыльником - Женькой. Тот обрадованно вскрикнул:
- Синяк, ты у Карамельки уже разжился? - Он бесцеремонно ощупал на Ваське куртку в том месте, где под ней угадывалась бутылка. Васька тут же приуныл, ведь ему теперь придётся делиться с этим Женькой своей законной выпивкой.
- Отлично! - Женька суетился вокруг Васьки и совсем ошарашил последнего: - Идём со мной, нам все наши собрались, посидим. Васька- Синяк совсем приуныл, ведь "все наши" означало ещё как минимум двоих любителей выпить, а что тогда достанется ему самому? Однако делать было нечего, приходилось идти, ведь и Синяка в той компании нередко угощали.
- Лан, идём. - Нехотя буркнул Васька. - Давай только по глоточку, а? - Он полез во внутренний карман за бутылкой и булькнув, достал её.
- Не, не, пойдём, - Женька протестующе загородил рукой горлышко бутылки. - Там всё культурно выпьем.
Васька нехотя стал засовывать бутылку обратно в карман и тут случилось неожиданное: бутылка, скользнув изнутри по куртке, шумно шлёпнулась на асфальт дорожки. Повисла пауза. Через несколько секунд раздался крик Женьки, который почему-то присел возле бутылки и широко раздвинув руки, замахал ими, не позволяя Ваське даже приближаться.
- Стой, стой, не трогай! Она треснула снизу! Видишь, сочится уже! Донце треснуло! Тронешь - отвалится сразу же!
Васька отупело смотрел на бутылку. Действительно, из-под её донышка сочился самогон.
- Так что делать будем? - Васька-Синяк был окончательно расстроен.
Женька, присев, аккуратно рассматривал бутылку снизу. Он был похож сейчас на сапёра, обнаружившего мину. Васька раздражённо стоял рядом. Ему очень хотелось изо всей силы пнуть Женьку ногой под зад, чтобы он кубарем покатился в канаву. Так всё было хорошо, он взял бутылку, уже шёл к себе домой, а тут этот прохиндей попался. Васька уже не скрывал своей злобы.
Возможно, оба любителя выпить и нашли бы выход из ситуации, но судьба распорядилась иначе. Из-за поворота переулка появился вдруг Шарик, всеми любимый пёс и не останавливаясь, побежал прямо к ним.
- Шарик, фу, фу! - Женька пытался загородить псу дорогу, но тот с разбегу поставил ему лапы на плечи и толкнул. Не удержав равновесия, Женька упал и падая, зацепил ногой заветную бутылку. Она тихо звякнула, донце у неё отделилось и она покатилась по асфальту. Васька-Синяк обречённо смотрел, как по асфальту растекается лужа самогона. Дно бутылки осталось на месте и оно блестело на солнце, как чей-то большой влажный глаз...
Васька Симаков или попросту Синяк проснулся утром у себя дома в отвратительном состоянии: голова жутко болела, руки тряслись мелкой дрожью и были другие симптомы того состояния, которое знающие люди определяют как похмелье. Накануне у него была компания, все что-то отмечали, а выпив, шумно пели песни, но какой был повод, он не вспомнил. Кряхтя, он медленно поднялся с дивана, на котором спал и подошёл к столу в надежде найти остатки выпивки. Тщательно проверив всю посуду, он обнаружил лишь жалкие капли водки. "Сволочи", пробормотал он глухо. Проверив карманы своей одежды, он убедился, что и денег у него тоже не осталось. Настроение окончательно испортилось. Сидя на диване и держась за голову руками, он мучительно размышлял, где взять денег или хоть немного выпить. С усилием одевшись, он вышел на улицу и нетвёрдыми шагами направился куда глаза глядят.
Ему всё же повезло. Пройдя лишь пару переулков от своего дома, он столкнулся лицом к лицу с Васькой-Шайбой, который шёл ему навстречу, весело насвистывая. Шайбой его звали за то, что он быстро шнырял по посёлку и многое видел, знал и вообще был пройдохой.
- О, Синякович! - Васька развязно его поприветствовал. - Чё смурной такой, а? Небось башка бо-бо и настроение бяка? Он улыбался во весь рот. - А хочешь, денежку тебе дам на похмелочку, а? У меня есть. Гляди! - Он достал из внутреннего кармана пиджака небольшую пачку денег и раскрыл её веером. От зависти у Синяка зарябило в глазах и ему стало казаться, что денег было намного больше. Продолжая свою издёвку, Шайба пританцовывал и предложил страдающему Синяку присоединиться: - А ну-ка, пляшем! Ат-та-там-тарарам!
В другое бы время Синяк высказал бы ему всё, что думал, а то и съездил бы по его наглой физиономии, но сейчас Васька лишь судорожно сглотнул слюну и заискивающе произнёс:
- Вась, отстегни на пузырь! Я ведь отдам, ты меня знаешь.
- На уж, страдалец, - Шайба медленно, по одной купюре выдал тому деньги и напоследок сказал: - Ты пей-то глоточками маленькими, как доктор советует. - Хихикая, он последовал своей дорогой.
Васька, не раздумывая больше, поспешил к известной в их посёлке самогонщице, Таньке. Ту звали Карамелькой за то, что она якобы гнала самогон то ли из просроченной, то ли некондиционной карамели. которую ей привозил из города племянник.
Карамелька была дома и в обмен на деньги тут же налила в бутылку заветную жидкость. Санька повеселел и быстрым шагом направился было к себе домой. Направиться он не успел. Едва выйдя из танькиной калитки, он буквально в лоб столкнулся со своим собутыльником - Женькой. Тот обрадованно вскрикнул:
- Синяк, ты у Карамельки уже разжился? - Он бесцеремонно ощупал на Ваське куртку в том месте, где под ней угадывалась бутылка. Васька тут же приуныл, ведь ему теперь придётся делиться с этим Женькой своей законной выпивкой.
- Отлично! - Женька суетился вокруг Васьки и совсем ошарашил последнего: - Идём со мной, нам все наши собрались, посидим. Васька- Синяк совсем приуныл, ведь "все наши" означало ещё как минимум двоих любителей выпить, а что тогда достанется ему самому? Однако делать было нечего, приходилось идти, ведь и Синяка в той компании нередко угощали.
- Лан, идём. - Нехотя буркнул Васька. - Давай только по глоточку, а? - Он полез во внутренний карман за бутылкой и булькнув, достал её.
- Не, не, пойдём, - Женька протестующе загородил рукой горлышко бутылки. - Там всё культурно выпьем.
Васька нехотя стал засовывать бутылку обратно в карман и тут случилось неожиданное: бутылка, скользнув изнутри по куртке, шумно шлёпнулась на асфальт дорожки. Повисла пауза. Через несколько секунд раздался крик Женьки, который почему-то присел возле бутылки и широко раздвинув руки, замахал ими, не позволяя Ваське даже приближаться.
- Стой, стой, не трогай! Она треснула снизу! Видишь, сочится уже! Донце треснуло! Тронешь - отвалится сразу же!
Васька отупело смотрел на бутылку. Действительно, из-под её донышка сочился самогон.
- Так что делать будем? - Васька-Синяк был окончательно расстроен.
Женька, присев, аккуратно рассматривал бутылку снизу. Он был похож сейчас на сапёра, обнаружившего мину. Васька раздражённо стоял рядом. Ему очень хотелось изо всей силы пнуть Женьку ногой под зад, чтобы он кубарем покатился в канаву. Так всё было хорошо, он взял бутылку, уже шёл к себе домой, а тут этот прохиндей попался. Васька уже не скрывал своей злобы.
Возможно, оба любителя выпить и нашли бы выход из ситуации, но судьба распорядилась иначе. Из-за поворота переулка появился вдруг Шарик, всеми любимый пёс и не останавливаясь, побежал прямо к ним.
- Шарик, фу, фу! - Женька пытался загородить псу дорогу, но тот с разбегу поставил ему лапы на плечи и толкнул. Не удержав равновесия, Женька упал и падая, зацепил ногой заветную бутылку. Она тихо звякнула, донце у неё отделилось и она покатилась по асфальту. Васька-Синяк обречённо смотрел, как по асфальту растекается лужа самогона. Дно бутылки осталось на месте и оно блестело на солнце, как чей-то большой влажный глаз...