> [Цитата от Милош]:
> Это ПРАВДА.
А вот и нет. )) Выдохни и расслабся хоть немного. ) В первую Чеченскую такое часто происходило, но к 2006-му...
Выдохнул, шумно усмехнулся и покачал головой.
Ну ты и шельма, Баюн. Взял и разыграл карту с тузом в рукаве, на чистой офицерской солидарности меня поймал. По блефу тебе зачёт, Меровинген, обвёл сержанта вокруг пальца.
Но знаешь что? Я чертовски рад, что это оказалась байка. Потому что таскать в себе реальную кровь своих пацанов — это ад на земле, и врагу такого груза не пожелаешь. Так что пусть лучше это будет твоей выдумкой за виски, чем чьей-то искалеченной судьбой.
Ладно, 2:2 на табло. Ничья.
Заряжаю свой патрон. Спустимся с гор на землю, ближе к гарнизонному быту.
Дело было в начале двухтысячных, отдельный закрытый гарнизон в глухомани. Служба идёт своим чередом, тоска смертная. И тут часа в два ночи на пульте караулки орёт сработка периметра: датчики движения на глухом лесном участке забора, где колючка и зона отчуждения.
Дежурный бьёт в колокол: группа быстрого реагирования в ружьё, броники, каски, автоматы. Думали — либо беглые, либо диверсия, либо местные за цветметом полезли.
Выдвигаемся бегом, берём сектор в полукольцо, соблюдаем тишину. Командир группы шипит в рацию: «По моей команде свет и к барьеру». Врубаем прожекторы, стволы наизготовку, орём: «Стоять, стрелять буду!»
А в луче прожектора, застряв задом в прорехе между секциями колючей проволоки, висит... заместитель командира части по тылу. В одних семейных трусах, тельняшке и генеральских хромовых сапогах на босу ногу. А в руках мёртвой хваткой сжимает трёхлитровую банку с маринованными огурцами, которую он втихаря тырил из офицерской столовой, пока жена спала.
Картина маслом: взвод спецназа на колене целится в голый тыл подполковника, а тот умоляет: «Мужики, только огурцы не разбейте, последняя банка с помидорами ушла».
Ну что, Док? Было такое позорище в наших гарнизонах, или я опять сочиняю армейский анекдот? Твой ход, задавай вопросы. *подмигнул*