С «Богемской рапсодией» вообще вышел классический голливудский парадокс: слепили стерильную сказку для семейного просмотра, вычистили всю настоящую грязь и драму, дали Малеку «Оскар» за накладные зубы — и касса лопнула от денег. Массовый зритель любит, когда сложное делают плоским и понятным.
А насчёт Килмера в «Дорз» — его эта «инертность» и полусонное состояние во многом на совести самого Оливера Стоуна. Стоун не пытался снять реального Джима, он лепил миф — бронзового, вечно обдолбанного рок-шамана, который бредёт на автопилоте навстречу собственной гибели. Из-за этого живой, язвительный и начитанный Моррисон на экране превратился в красивую, но отрешённую сомнамбулу. Хотя то, что Килмер сам спел почти все партии и буквально растворился в роли — колоссальная актёрская работа.
А Мег Райан там просто украшение. В образе Памелы с распущенными волосами и в эстетике хиппи 60-х она выглядела невероятно органично — куда живее и естественнее, чем в своих привычных сладких ромкомах, куда её потом намертво замуровали продюсеры. Ей эта лёгкая хипповая драма была очень к лицу.
